В начале 90-х годов ХХ века исследователи социальной структуры резко изменили парадигму социальных исследований. Произошел переход от марксистской парадигмы к теориям социальной стратификации. Ранее (во времена Советского Союза) исследователи были вынуждены так или иначе сводить свои модели к двум дружественным классам и прослойке между ними. Справедливости ради следует заметить, что, если все же следовать марксистскому анализу, то предлагавшаяся "модель" противоречит логике: классы – категории противостоящие друг другу, и в "Манифесте" совершенно не двусмысленно говорится о двух лагерях – буржуазии и пролетариате. Разумеется, оказывалось, что такая картина не всегда соответствует действительности, и авторы работ о социальной структуре советского общества находили способы, позволявшие, не выходя за рамки марксистско-ленинского анализа, говорить о слоях в рамках общей классической структуры.
Часть 1
После перестройки ограничения идеологического характера исчезли, стало возможно говорить о любом количестве слоев в обществе. При этом, однако, складывается впечатление, что большая часть работ, связанных со слоевым делением общества, описанием системы неравенства, рассматривает частные случаи: положение той или иной социальной группы, слоя, мобильность группы и т.д. Авторов, предпринимавших попытки анализа структуры общества в целом, немного: это Л. А. Беляева, З. Т. Голенкова, Т. И. Заславская, Е. Д. Игитханян, В. В. Радаев, М. Ф. Черныш, О. И. Шкаратан [1, 3 9, 11]. Представляется, что, характеризуя их работы в целом, можно заключить, что выводы о социальной структуре российского общества сделаны на основе (а) массовых опросов, (б) исследований частных групп (среднего класса, предпринимателей, бедных и т.д.). С выводами о выделенных в этих исследованиях классах (слоях) и их численности можно как соглашаться, так и не соглашаться, но с методологической логикой данных работ следует, безусловно, согласиться.
Часть 2
Развитие Волгограда, как и других муниципальных образований, происходит в сложных условиях трансформации всех сторон жизнедеятельности общества. Но помимо общих проблем Волгоград имеет и свои собственные, появившиеся в результате реализации градостроительных экспериментов в советское время.
Часть 3
Начиная с 1998 года по заказу администрации Дзержинского района Волгограда нами были проведены исследования, данные которых после проведения пятого тура в декабре 2002 года, были "слиты" в единый массив, в результате чего общее количество респондентов составило 2886 . Погрешность для одноступенчатой случайной выборки такого объема близка в 1.8%. Представляет интерес совместный анализ данных, полученных на различных этапах исследования и относящихся к основным социально-демографическим характеристикам респондентов. Так, например, представляет интерес оценка объема различных групп, выделенных по комбинации социально–демографических признаков.
Часть 4
В табл. 3 приведены данные об уровне заработной платы и общего дохода тридцати наиболее "экономически благополучных" демографических групп (средние значения уровня заработной платы и дохода рассчитывались лишь для тех групп, к которым относятся не менее пяти респондентов). Строки в таблице отсортированы по мере убывания уровня общего дохода. Общий объем тридцати наиболее экономически благополучных групп – около 23120 человек (17% взрослого населения района).
Часть 5
Группы наименее экономически благополучных жителей, в большинстве случаев состоят из людей, не имеющих постоянной работы (безработные, домохозяйки, учащиеся, неработающие пенсионеры), при этом "женские" группы среди них встречаются значительно чаще, чем "мужские". Пенсионеры по возрасту (как мужчины, так и женщины) находятся в "средней части" списка тридцати наиболее неблагополучных групп, но при этом объем этих групп значительно больше, чем объем групп, включающих более молодые категории респондентов.
Библиографический список
Список литературных источников, использованных при подготовке статьи.
