Взгляд на общество с точки зрения конкретного индивида, его целей, устремлений, представляется сложной структурой, состоящей из социальных слоев-ниш: высшей (элиты), средней и низшей. Каждая из них имеет свои определенные характеристики. Каждая предоставляет существующей в ней личности определенные возможности и задает определенные ограничения.
Теория стратификации разработана П. А. Сорокиным в первой половине ХХ века и в дальнейшем только уточняется и детализируется в трудах крупнейших современных социологов. Внимание к ней определяется характером социального развития, актуализацией проблемы человека, его роли в жизни общества – не "заданной" извне, но выбираемой самой личностью. Каждый может стремиться вверх или вниз из страты в страту. Более того, каждый сам выбирает основное измерение, ось, по которой осуществляет свою мобильность. Таких основных измерений стратификационной структуры в современной социологии обычно выделяют пять: власть; богатство; престиж профессии; образование; нравственность ("уровень религиозной, нравственной чистоты" – Б. Барбер). В соответствии с данной интерпретацией в обществе могут существовать и взаимодействовать как минимум пять элит – наиболее властные (обладающие властью), самые богатые, профессионалы в наиболее престижных областях труда, самые образованные и самые нравственные.
В данной работе мы обратимся к политической элите (тех, кто обладает властью), тем более что для этого есть серьезные основания, хорошо согласующиеся с данными, полученными в ходе проведенного экспертного опроса.
Власть, если теоретически, – это политический механизм самоорганизации общества, призванный создавать оптимальные условия для жизнедеятельности этого общества, то есть власть призвана обеспечить населению нормальные условия жизни, работы и отдыха, безопасности и уверенности в будущем [10, с. 40 – 45]. Власть, если фактически, – это конкретные люди, которым общество и предоставило право на осуществление политики в рамках данного общества. Власть выступает как элемент или фактор, сущность связей, объединяющих людей, собирающих их в обществе и управляющих ими для достижения социально значимых целей. Иначе говоря, власть – это влияние, применительно к конкретному человеку – способность влиять, побуждая другого человека (людей) к конкретным действиям.
При более пристальном рассмотрении "коллективный образ" власти рассыпается на конкретные персоны, которые оказывают влияние на нашу жизнь. И сразу же встают вполне закономерные вопросы, а кто же в большей степени влияет на нашу жизнь? кто обдает реальным влиянием? кто в "коллективном портрете" наиболее значимые (влиятельные) персоны? Ответ на эти и ряд других вопросов можно получить, только обратившись к компетентным лицам (экспертам), которые в силу своей профессиональной деятельности "отслеживают" слова и поступки политической элиты региона. Следует обратить внимание, что интерес к подобного рода исследованиям в современной России заметно вырос в последние годы (см., напр., [2, 3, 4, 5, 6, 7, 11, 12, и др.]).
С тем, чтобы выяснить, кто же в регионах России является влиятельными персонами, российские исследовательские компании, объединенные в Ассоциацию региональных социологических центров "Группа 7/89" , проводят собственный инициативный проект – социально-политическое исследование "Самые влиятельные люди России".
Зафиксированный на момент проведения исследования (полевой этап проводился в декабре 2006 г – январе 2007 г.) рейтинг целесообразно рассматривать не как количественное выражение степени влиятельности, а скорее как соотношение различных субъектов (персон), принадлежащих полю политики (власти), относительно друг друга, в категориях "больше – меньше", "ближе – дальше", "примерно одинаковы".
Общая логика исследования и методика исследования строится следующим образом. Первоначально сформировался список экспертов из различных сфер деятельности (власть, бизнес, наука и т. д.), ранее зарекомендовавших себя в ходе выполнения других проектов как действительно компетентные люди, обладающие знанием о феномене влиятельности в регионе. С их помощью методом "снежного кома" был сформирован список экспертов для дальнейшей работы. В группу экспертов были включены представители средств массовой информации (СМИ) – редакторы ведущих газет и журналисты, освещающие вопросы социально-политической жизни, исследователи (политологи, руководители исследовательских компаний и т. д.), представители бизнеса, исполнительной и законодательной власти, политических партий. Всего было опрошено 32 эксперта, которым для оценки влиятельности были предложены списки персон федерального и регионального уровня. В группу экспертов вошли представители Волгограда, Волжского и Камышина, но, как и следовало ожидать, основную часть экспертной группы все-таки составили представители областного центра.
Как формировались списки самых влиятельных персон федерального и регионального уровня? Решение о включении той или иной персоны в список для оценки принималось, в основном, на основе анализа данных двух источников: а) списка лиц, вошедших в списки влиятельных персон по итогам ранее проводившихся исследований; б) результатов мониторинга региональных СМИ – в список были включены наиболее часто упоминаемые политики, бизнесмены, деятели культуры и науки и т. д. В федеральный список было отобрано 50 персон, в список регионального уровня – 63 персоны. Все персоны вносились в списки только в алфавитном порядке. Для оценки экспертами списки персон подавались сформированными в алфавитном порядке.
Свои оценки эксперты включенным в списки персонам выставляли по 10–балльной шкале (где 1 – минимальное влияние,
10 – максимальное влияние). Что же оценивали эксперты в деятельности персон? Если коротко, то влияние отдельных персон на развитие тех или иных процессов в регионе. Однако, следует иметь в виду, что для того, чтобы полученные данные можно было сравнивать между собой, все эксперты работали в рамках заданного исследователями "поля", где были приняты следующие определения. Политика – сфера деятельности, связанная с отношениями между различными политическими, экономическими и социальными группами и сообществами по поводу приобретения, распределения и осуществления власти. Организованная деятельность упомянутых групп по правлению общественной жизнью в интересах этих групп или общества в целом.
Влияние – в широком смысле – способность субъекта (персоны) вызывать изменения в поведении, установках, взглядах тех, с кем субъект влияния взаимодействует; в узком смысле – это возможность того или иного человека в принятии ключевых решений и/или оказании существенного влияния на этот процесс. Влиятельность – категория, использованная в исследовании для характеристики проявления и степени влияния того или иного лица. Влиятельная в политике персона – человек, участвующий в принятии ключевых решений и/или оказывающий существенное влияние на процесс принятия ключевых решений в политической сфере на федеральном, региональном или муниципальном уровне. Персона федерального уровня – персона, чье влияние отчетливо проявляется в политике пяти и более субъектов РФ, в том числе и в политике того субъекта, где идет опрос. Персона регионального уровня – персона, чье влияние отчетливо проявляется в политике менее, чем в пяти субъектах РФ, в том числе и в политике того субъекта РФ, где идет опрос. Группа влияния – группа людей, связанных между собой общими политическими, экономическими или другими социально значимыми интересами и оказывающими определяющее или значимое влияние на принятие решений и поведение других людей. Регион – субъект РФ.
Оценка влияния конкретного человека на развитие социально-политической ситуации в регионе была задана следующими критериями: 1) влияние на расстановку региональных кадров и на избирательные процессы; 2) влияние на процесс принятие решений; 3) влияние на развитие и урегулирование политических и экономических конфликтов; 4) влияние на экономические процессы; 5) влияние на СМИ; 6) влияние на деятельность неправительственных организаций; 7) влияние на региональные силовые структуры и судебную власть. Для того чтобы избежать разного рода толкования и наполнения собственными смыслами того или иного критерия оценки влиятельности, вниманию экспертов были предложены следующие элементы проявления влиятельности персон:
1. Влияние на расстановку региональных кадров и избирательные (выборные) процессы в субъекте РФ:
– влияние на подбор кандидатур на должность руководителя региона;
– влияние на рекрутмент региональных кадров в федеральные структуры (структуры исполнительной власти и управления, политических партий, др.);
– влияние на процесс выдвижения (подбор, отбор) кандидатов в субъекте РФ, включения кандидатов в партийные списки;
– влияние на процесс выбора кандидатов для публичной поддержки и оказания помощи в избирательной кампании со стороны организаций, учреждений, предприятий (влияние на политических спонсоров);
– личностное влияние на мнение и выбор избирателей (высказывания, цитирование, ссылки); влияние на общественное мнение, авторитет;
– влияние на расстановку кадров в регионе – в органах исполнительной региональной и муниципальной власти, в региональных отделениях политических партий, в аппаратах законодательных собраний региона и представительных органов МСУ, в избирательных комиссиях региона, в силовых структурах региона, в общественных организациях региона, в региональных СМИ.
2. Влияние на процесс принятия решений:
– для оценки влиятельности персон федерального уровня – влияние на процесс принятия решений органами региональной власти, регулирование отношений "центр-регион";
– для оценки влиятельности персон регионального уровня – влияние на процесс принятия решений органами региональной власти и местного самоуправления.
3. Влияние на развитие и урегулирование конфликтов:
– влияние на развитие и урегулирование политических и экономических конфликтов в субъекте РФ.
4. Влияние на экономические процессы в субъекте РФ:
– для оценки влиятельности персон федерального уровня – влияние на экономические процессы в субъекте РФ, включая финансирование из федерального бюджета, привлечение инвестиций. Влияние на теневой сектор экономики;
– для оценки влиятельности персон регионального уровня – влияние на экономические процессы в субъекте РФ, включая финансирование из федерального бюджета, распределение регионального бюджета, формирование целевых региональных программ, регулирование взаимоотношений "центр – регион", привлечение инвестиций, участие региональных структур в национальных проектах. Влияние на теневой сектор экономики.
5. Влияние на СМИ:
– для оценки влиятельности персон федерального уровня – влияние на региональные СМИ;
– для оценки влиятельности персон регионального уровня – влияние на федеральные и региональные СМИ (включая частоту упоминания в федеральных СМИ).
6. Влияние на деятельность общественных организаций:
– влияние на деятельность региональных отделений общественных и неправительственных организаций и самостоятельные общественные и неправительственные организации региона.
7. Влияние на силовые структуры и судебную власть:
– влияние на региональные силовые структуры (ФСБ, УВД, прокуратура) и судебную власть.
Итак, кто же, по мнению экспертов, наиболее влиятельные персоны в Волгоградской области? Из всего списка, заявленного к оценке, представим десять наиболее влиятельных персон в нашей области, так называемый "ТОП–10" (см. табл. 1). Понятно, что по отдельным составляющим общего уровня влияния, ранги не совпадают (см. табл. 2). Так, например, вполне объяснимым представляется тот факт, что по такому критерию как влияние на силовые структуры и судебную власть прокурор области "опережает" губернатора. Лидерство губернатора в рейтинге влиятельности, представленного экспертами, не вызывает сомнений. Однако, внимательное прочтение данных, представленных в данной таблице, и их анализ дают представление о лидерах второго плана и о том, в каких именно сферах деятельности проявляется их влияние.
Определенный интерес представляют максимальные и минимальные оценки, набранные в экспертном опросе десятью наиболее влиятельными персонами области (см. табл. 3). Что касается губернатора области, то его оценки были представлены в табл. 2, поскольку его ранги ниже второго не опускались не по одному из предложенных для анализа критериев. "Разброс" оценок может также служить косвенным подтверждением не только общего уровня влиятельности, но и того, к какой именно сфере приковано внимание той или иной персоны.
По отдельным публичным и влиятельным персонам области можно сказать следующее. Самые высокие оценки, например, Герману эксперты выставили по критериям "Влияние на деятельность общественных организаций" (4.84) и "Влияние на развитие и урегулирование конфликтов" (4.63). Интересно отметить, что Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II самые высокие оценки имеет по тем же критериям: 5.43 и 4.87, соответственно. Самая высокая оценка у председателя Волгоградского областного Совета профсоюзов – Кобозева В. В. – составляет 3.98 по критерию "Влияние на развитие и урегулирование конфликтов" (общий рейтинг – 26), у председателя Волгоградского городской Думы – Каревой А. И. – 2.68 по критерию "Влияние на расстановку кадров и избирательные процессы" (общий рейтинг – 37), у председателя Общественной палаты Волгограда, депутата городской Думы – Запарина В. А. – 1.89 по критерию "Влияние на расстановку кадров и избирательные процессы" (общий рейтинг – 50).
Как, по мнению экспертов, можно оценить степень политической влиятельности персон федерального уровня в Волгоградской области? Рейтинг десяти наиболее влиятельных на уровне региона персон федерального уровня выглядит следующим образом (см. табл. 4).
Топ–10 федеральных персон по Волгоградской области весьма представительный и "разночинный" и включает в себя разноплановые фигуры – здесь и чиновники, и депутаты, и прокурор, и представители крупного бизнеса, но при явном доминировании представителей исполнительной власти.
Особый интерес всегда представляет возможность посмотреть на себя со стороны или, иначе, увидеть себя на "фоне других". Подобного рода сравнения позволяют выявить тенденции, как общие для всех регионов, так и "особенные", отличающие нашу область от других (см., напр., [1, 7, 8, 9, 11]). Технология проведения исследования, как уже было замечено, дает такую возможность. Так, например, если сравнить данные (в рамках Топ–10), полученные в нашей области, с данными наших ближайших "соседей", традиционно выбираемых для сравнения показателей, – Саратовской и Самарской областями и данными, и полученными в самой западной области страны – Калининградской, то нельзя не заметить ряд интересных тенденций.
Первая тенденция. Во всех областях кроме Саратовской рейтинг влиятельности возглавляют губернаторы. А вот в Саратовской области – В. Володин – член политсовета партии "Единая Россия", вице-спикер Государственной Думы РФ (депутат от Саратовской области) (8.8). Губернатор области П. Ипатов – только второй (7.9).
Вторая тенденция отражается количеством баллов, "заработанных" первыми лицами в своих регионах (см. табл. 5).
Если смотреть только на цифры, то, в общем-то, "разброс" не велик и показатели сходятся в одном диапазоне, и особого беспокойства не вызывают. Но как комментируют данные оценки специалисты "на местах"? По мнению, коллег из Саратова и Самары, – более высокие показатели В. Володина и К. Титова обусловлены тем, что эти люди прошли через горнило выборов, и они пользуются поддержкой, как населения, так и элит своих регионов (в данном случае неважно, что сегодня Самарский губернатор К. Титов назначен Президентом). П. Ипатов и Г. Боос – фактически назначены Президентом и им приходится завоевывать доверие и населения, и элит региона, доказывать свою состоятельность. Схема объяснения выглядела бы вполне убедительной, не будь в этом списке губернатора Волгоградской области, который, как известно, получил свой пост, победив на выборах, и если следовать логике коллег из других регионов, пользуется доверием и поддержкой населения, однако общий уровень влияния в регионе по сравнению с коллегами, у него самый низкий.
Третья тенденция – это положение глав (мэров) областных центров. В Волгоградской и Саратовской областях, к сожалению, главы главных городов региона не вошли в десятку самых влиятельных лиц региона. В Самарской области глава города Г. Лиманский (он же и депутат Губернской Думы) – занимает пятую строчку с показателем 6.3. И только мэр Калининграда Ю. Савенко занимает вторую строчку в рейтинге с оценкой 6.7, следуя сразу за губернатором области. Возможно, это связано, в том числе и с тем, что в других регионах есть более "сильные игроки", чем в Калининградской области. Но тогда, что же это за мэры, которые проигрывают на "своем поле"? В нашем случае и. о. главы администрации – Херианов Р. Т. – занимает 18-ую строчку рейтинга с показателем 3.71. Бывший (победивший на выборах, но покинувший свой пост по известным обстоятельствам) мэр города – Ищенко Е. П. в рейтинге по общему уровню влияния – 39-ый с показателем 2.06. Иначе говоря, количество более "сильных игроков", пропущенных вперед, считать – не пересчитать. И вывод неутешительный: город с числом жителей более миллиона не имеет достойного лидера, способного представлять и защищать их интересы.
Четвертая тенденция – это состав первых десяток влиятельных лиц в регионах. В Саратовской области – разноплановые фигуры: и чиновники, и депутаты, и епископ, и прокурор. В Самарской области явно прослеживается тенденция влиятельности представителей крупного (общероссийского) бизнеса. Здесь и член правления РАО ЕС, и президент "АвтоВАЗа", и президент ОАО "Волгабурмаш", и президент группы компаний СОК. В Калининградском рейтинге несколько иная картина. В составе десятки только один представитель общероссийской компании – генеральный директор "ЛУКойл морнефтегаз", зато в рейтинге кроме губернатора области, который не понаслышке знает, что такое бизнес, еще пять бывших представителей бизнеса, но, что очень важно, местного бизнеса, пришедшие в исполнительную и законодательную власть. Следует обратить внимание, что не власть пошла в бизнес (хотя это и случается), а наоборот – бизнесмены пошли во власть. По мнению коллег из Калининграда, этим местный бизнес пытается защитить себя. Возможно, Калининградский случай показывает, что местный бизнес не конкурентоспособен с властью, если только он не федерального уровня. И "поход во власть" в этом случае и есть попытка восполнить недостающую конкурентоспособность.
В нашей – Волгоградской области – из десяти первых мест в рейтинге четыре принадлежат представителям силовых структур, такого "распределения мест" нет ни в одном из представленных регионов (только в Саратовской области прокурор области занимает четвертую строчку в рейтинге, других представителей силовых структур там нет). Более того, и структуре влиятельности критерий "Влияние на силовые структуры и судебную власть" в регионе имеет больший вес, чем в структуре оценок федерального уровня (см. табл. 6). Вряд ли это можно объяснить только близостью к Северо-Кавказскому тревожному региону. В десятке первых нет ни одного представителя бизнеса – Николаев Н. М. – генеральный директор ОАО "ЛУКойл Нижневолжскнефть" занимает одиннадцатую строчку рейтинга.
И еще одна, последняя, пятая тенденция. Во всех четырех областях в первую десятку наиболее влиятельных лиц входят представители законодательных органов власти, которые, так или иначе, связаны с партией "Единая Россия" и играют в ней далеко не последнюю роль.
Проведенное исследование позволяет заметить и обозначить то общее и особенное, что просматривается в полученных данных. Результаты показывают, с одной стороны, схожие тенденции, а с другой, – особенности и уникальность развития ситуации в регионе. Выявленные тенденции, по нашему мнению, – та почва, на которой могут "прорасти" новые подходы политиков, политологов, да и просто жителей региона к осмыслению и пониманию социальной ситуации в нашей области. "Координаты" на поле политики конкретной персоны – это свидетельство не только степени влияния на развитие ситуации в регионе, но и степень ответственности, которую принимает на себя человек, подписывая то или иное решение, затрагивающее интересы (судьбы) жителей региона.
Библиографический список
1. Волгоградская область. Рейтинг влиятельных лиц в политике Волгоградской области / Самые влиятельные люди России – 2003. – М.: Институт ситуационного анализа и новых технологий (ИСАНТ), 2004. –С. 300 – 303.
2. Гаман-Голутвина, О. В. Региональные элиты России в зеркале экспертного опроса / О. В. Гаман-Голутвина // Власть. – 2004. – № 5. – С. 3 – 10.
3. Гаман-Голутвина, О. В. Региональные элиты России: персональный состав и тенденции эволюции / О. В. Гаман-Голутвина // Полис. – 2004. – № 2. – С. 6 – 19.
4. Кинсбургский, А. В. Трансформация структуры российской политической элиты в оценках экспертов / А. В. Кинсбурский // Социологические исследования. – 2003. – № 9. – С. 91 – 95.
5. Крыштановская, О. В. Анатомия российской элиты/ О. В. Крыштановская. – М.: Захаров, 2005. – 384 с.
6. Крыштановская, О. В. Формирование региональной элиты: принципы и механизмы / О. В. Крыштановская // Социологические исследования. – 2003. – № 11. – С. 3 – 13.
7. Марковкин, А. А. Особенности рекрутирования элит в регионе (на примере Волгоградской области) / А. А. Марковкин, Н. В. Дулина // Социокультурные исследования: межвуз. сб. науч. тр. / редкол.: Н. В. Дулина (отв. ред.) и др. / ВолгГТУ. – Волгоград, 2004. – Вып. 10. – С. 52 – 58.
8. Марковкин, А. А. Региональные политические элиты и олигархия: проблемы и механизмы взаимоотношений / А. А. Марковкин, Н. В. Дулина // Социокультурные исследования: межвуз. сб. науч. тр. / редкол.: Н. В. Дулина (отв. ред.) и др. / ВолгГТУ. – Волгоград, 2004. – Вып. 8. – С. 315 – 320.
9. Мойсов, В. В. Комментарий по результатам экспертного опроса "Самые влиятельные люди России – 2003" в Волгоградской области / В. В. Мойсов / Самые влиятельные люди России – 2003. – М.: Институт ситуационного анализа и новых технологий (ИСАНТ), 2004. –С. 304 – 313.
10. Политология: энциклопедический словарь / под общ. ред. Ю. И. Аверьянова. – М.: Издательство Московского коммерческого университета, 1993. – 431 с.
11. Самые влиятельные люди России – 2003. – М.: Институт ситуационного анализа и новых технологий (ИСАНТ), 2004. – 696 с.
12. Тарусина, И. Г. Динамика политических установок региональных элит России. На примере Саратовской области / И. Г. Тарусина // Полис. – 2002. – № 1. – С. 133 – 140.
